Ленин и фрейдисты

0
by on 21 октября, 2011 at 19:38

Нос майора Ковалева.

Фрейд вообще за словом в карман не лез. К курению Фрейд пристрастился еще в босоногом детстве – лет в шесть-семь. Впоследствии курил много и со вкусом. В лучшие годы выкуривал по два десятка сигар (!) в день. Коллеги, уже знакомые с логикой психоанализа, трактующего курение как форму оральной навязчивости, пытались «подколоть» Фрейда, недвусмысленно намекая на фаллическую форму любимых им длинных и толстых сигар. Зигмунд был невозмутим: «Иногда сигара – это просто сигара!».

Теперь полагают, что именно курение привело к образованию во рту у Фрейда злокачественной опухоли. Произошло это в 1923 году, Зигмунду было 67 лет. Впоследствии он перенес 39 операций, к успеху не приведших. В 1929 году личным врачом Фрейда стал некий Макс Шур, с которого ученый взял клятвенное обещание: когда положение станет безнадежным, а боли нестерпимыми, тот мягко положит конец страданиям. Шур согласился. С диагнозом «рак» Фрейд прожил 16 лет. За это время он написал и опубликовал пять новых фундаментальных трудов, то есть он даже не «боролся с болезнью», он просто жил. А боли с каждым годом усиливались. К 39-му восьмидесятитрехлетний ученый плотно «сидел» на морфии. В сентябре 1939-го Фрейд объявил Шуру, что пришла пора давний уговор об эвтаназии выполнить. Шур слово сдержал. Сигизмунд Шломо Фрейд получил смертельную дозу морфия. Последними его словами были: «В этой книге Бога нет».

В нашу страну (Российскую тогда еще империю) учение Фрейда сравнительно легко проникло еще в конце XIX века, то есть вскоре после своего возникновения. Более того, в начале века ХХ Москва, по утверждению самого Фрейда, была третьим мировым психоаналитическим центром после собственно Вены и Берлина. Показательный факт: первым иностранным языком, на который перевели книги Фрейда, был русский! К 1917 году на первые роли в деле пропаганды психоанализа в России вышел некто Иван Дмитриевич Ермаков. В этом предложении, впрочем, сплошные неточности. Во-первых, что значит «пропаганды»? Фрейдизм – не марксизм, ни в какой пропаганде он не нуждался. Речь шла о глубоком и серьезном изучении, чем, собственно, Иван Дмитриевич и занимался. Во-вторых, что значит «некто»? Это сейчас, для большинства не имеющих специальной подготовки читателей «некто», а тогда — достаточно известный ученый, физиолог и психиатр, между прочим, – ученик Сербского. В 1913 году он был избран членом Парижского общества невропатологов и психиатров.

Нес человек передовое учение в отсталую страну, выступал с докладами перед коллегами; можно сказать, просветительством занимался. Именно его перу принадлежит труд, весьма красноречиво характеризующий необъятность просторов, открывающихся перед толковым психоаналитиком в стране, которую в принципе невозможно понять умом: послесловие к повести Гоголя «Нос»! Нетрудно догадаться, что нос трактуется в этом трактате как фаллический символ, а не оригинальные подарки в виде носов-костюмов из соответствующего магазина. Весьма органичное для классического психоанализа понимание Николай Василича. Ну да нос с ним! «Песня» совсем не о том. Так уж сложилось, что когда фрейдизм вдруг оказался востребован молодой советской властью, «под рукой» у нее оказался именно Иван Ермаков. Уже маститый, но еще прогрессивный.

Константин Андреев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Рубрики

Календарь

Январь 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Архивы

комментарии